Что делать если мать в депрессии

Если родитель в депрессии. Часть2. Мама в депрессии

Что делать если мать в депрессии

Насколько вредна родительская депрессия для ребенка, зависит от его возраста. Если материнская депрессия совпадает с кризисом развития, то этот кризис будет протекать хуже.

В периоды возрастного кризиса резко меняются поведение и способы восприятия реального мира, человек должен овладевать новыми навыками и очень нуждается в поддержке, принятии и понимании. А мама сама нуждается в помощи и не способна оказать поддержку ребенку.

Тогда он становится неуправляемым, требуя еще больших физических и моральных усилий, а сил нет. Мама чувствует раздражение, усталость, затем глубокое чувство вины — получается замкнутый круг взаимовлияний.

Не случайно подчеркивается значимость именно материнской депрессии, поскольку именно от матери общество ожидает ответственности за воспитание ребенка. Отец обычно чуть более отстранен от детей.

Если в результате депрессии отец отдаляется немного сильнее, но мать способна это компенсировать, то катастрофы для психического развития ребенка не будет. Когда заболевает мать, то нарушается взаимодействие в диаде “мать — ребенок”, которое для психического здоровья ребенка является важнейшим.

Кроме того, дети обычно персонифицируют проблему: “Если мама меня не хочет видеть — значит, я плохой. Если она плачет — значит, из-за меня, потому что я себя плохо веду”. И так — в течение долгого времени. Ребенок убеждается в том, что он ни на что не годен.

Если отец в депрессии, очень многое зависит от того, как жена, мать ребенка, относится к депрессии своего мужа, то есть отца. Можно считать, что папа заболел, ему нужно помогать, тогда вся семья собирается, объединяется и выживает в этих трудных условиях.

А можно эту депрессию не увидеть, а увидеть то, что отец изменился, показал свой дурной характер, перестал устраивать маму за закрытой дверью в спальню. Тогда можно раздражаться, злиться и призывать в союзники детей.

Еще необходимо учитывать, что отец, страдающий депрессией, воспринимается детьми, да и женой, как человек, потерявший авторитет. Любой человек в депрессии делается беспомощным, слабым, но в случае отца семейства это кажется совершенно неуместным и недопустимым.

Вдобавок он практически полностью выключается из жизни семьи.

Индифферентность отца очень тяжела. Ребенок не получает от него ни поддержки, ни отклика, ни гнева, когда это требуется, ни необходимого наказания, ни ободрения. У ребенка смещаются все представления о том, что можно, а что нельзя. Детство — время, когда дети усваивают разного рода нормы.

Ценностная ориентация семьи — то, на почве чего возникает представление человека о том, что хорошо, что плохо в этом мире. Отношение к этому родителей играет огромную роль. Если ребенок наблюдает полное равнодушие, то представления о добре и зле формируются у него не до конца.

Мы говорим о душевной глухоте, испорченности, а все дело в том, что в период формирования нравственных понятий папа или мама были в депрессии.

Родители, лишаясь способности оказывать ребенку поддержку, вызывают у ребенка… депрессию. Надо сказать, что если речь идет о малыше-дошкольнике, то единого мнения у врачей, может ли в этом возрасте ребенок страдать депрессией, нет. Долгое время депрессия и дети считались понятиями абсолютно несовместимыми.

Ведь ребенок — это радость, активность, непосредственность. Внимание исследователей в первую очередь привлекли часто болеющие дети.

Оказалось, что им присущи повышенная тревожность, боязливость, трудности в общении с другими детьми, капризы, агрессия, они трудно переживают разлуку с родителями даже на незначительное время.

Дети очень чутки к семейным проблемам, даже если родители выясняют отношения не при них. Они не знают смысла этих проблем, но остро чувствуют дискомфорт и отвечают на него либо капризами, страхами, частыми простудами либо энурезом и т. п. О полноценной развернутой депрессии у детей можно говорить в случае подростков.

В подростковом возрасте депрессивные расстройства проявляются очень часто, причем на протяжении последних десятилетий наблюдается их неуклонный рост. Сложность раннего распознавания подростковых депрессий отмечают многие исследователи, указывая, в частности, на то, что первые симптомы депрессии очень похожи на проявления кризиса переходного возраста.

Психиатры и психологи едины в оценке раннего подросткового периода, считая его “временем восстания”, поведенческих экспериментов, эмоциональной суматохи, переменчивого настроения, негативной самооценки, рефлексии, драматизации событий и повышенной чувствительности.

Это один из самых важных и трудных кризисов развития личности, задачи которого — становление основных личностных качеств, усвоение норм и правил социального взаимодействия, поиск своего места в обществе, критическая переоценка семейных ценностей и правил и др.

К тому же в этом возрасте происходит мощная гормональная перестройка, быстро меняется внешность, появляются незнакомые волнующие ощущения в теле. Все это — достаточно большая нагрузка на психику.

Именно в этом возрасте депрессия так значительна и накладывает заметный след на дальнейшее развитие личности; проявления депрессии закрепляются как способ реагирования на трудные ситуации, что в будущем формирует депрессивный тип личности.

Две особенности поведения матери делают из ребенка личность депрессивного типа: гиперопека и полное равнодушие. И тот, и другой стиль воспитания может складываться под влиянием депрессии у матери. Нет ничего плохого ни в опекающем поведении, ни в строгости, если они сочетаются с другими формами родительского отношения.

Депрессия же делает их основными, неизменяемыми формами детско-родительских отношений.

Материнская гиперопека приводит к тому, что ребенок не способен к самостоятельности, осознанию своих желаний и стремлений; формируется пассивная позиция, тотальная неопытность в отношениях с окружающим миром, которые усиливают уже имеющуюся зависимость и влекут за собой развитие депрессии.

При втором варианте материнского поведения ребенок с раннего детства воспитывается в атмосфере дефицита материнской любви и внимания, в сочетании с жесткими схемами воспитания и ограничениями. У ребенка не развиваются навыки поведения, связанные с преодолением трудностей, овладением новыми навыками и новым опытом.

Хроническое ощущение того, что тебя не любят, формирует чувство вины, заниженную самооценку. Для таких людей впоследствии является привычным, в соответствии со своим воспитанием, отказываться от своих потребностей и желаний, вечная оглядка на окружающих, а потом хроническая неудовлетворенность жизнью и отношениями, что ведет к возникновению меланхолии.

Страдающие депрессией с ранней юности отличаются крайним максимализмом. Себя такой человек воспринимает то как гения, то как полное ничтожество, окружающих — либо превозносит, либо вообще ни за что не считает, то впадает в мрачность, то буйно веселится.

Все это очень сильно переживается, но и с такой же силой маскируется от всех людей, включая самых близких — родителей. Чувство несоответствия идеалу и стыд часто толкают ребенка на поступки, которые могут либо компенсировать, либо спрятать “ущербность”.

Подросток с депрессивным расстройством нуждается в скорейшей квалифицированной помощи. Он очень страдает и тщательно это скрывает потому, что считает невозможным признаться родителям, что с ним что-то не так, так как ситуация кажется ему катастрофой: “Лучше умереть, чем они узнают всю правду обо мне”.

К великому несчастью, эпизоды депрессии в подростковом возрасте иногда заканчиваются суицидом.

Как же отличить естественные трудности переходного возраста от депрессивного расстройства? Как отделить личностные особенности от заболевания? На что обратить внимание?

Увеличивается потребность во сне (более 10 часов), очень тяжело просыпаться, ребенок либо раздражителен, либо плаксив, а также слегка заторможен (и реакции, и мышление, и движение).

Кроме того, ему свойственны пессимизм, отсутствие чувства юмора, неспособность к веселью; пассивность, нерешительность, склонность к волнениям и беспокойству; чрезмерная совестливость, самокритичность, озабоченность собственной несостоятельностью.

Подросток начинает пропускать занятия в школе, резко сокращает контакты с друзьями, запирается в своей комнате или уходит по ночам из дома.

Иногда ребенок с увлечением начинает искать философские основы смысла жизни, появляются мысли об обреченности, неизбежности смерти. Подростки погружаются в виртуальный мир компьютерных игр или Интернета и проводят там ночи напролет.

Иногда жалуются, что голова перестала работать, что “все забыл и ничего не понимаю”, много времени проводят за учебниками и впадают в полное отчаяние от того, что ничего не получается. Это так называемый синдром “юношеской астенической несостоятельности”. Это подкрепляется страхом вызвать гнев родителей.

Ведь сейчас в нашем обществе, когда так ценится образование, возникает масса школ и лицеев с повышенной нагрузкой и требованиями. Родители из лучших побуждений нередко ругают ребенка даже за четверки, говоря при этом, что тот будет ни к чему не годен, если не будет лучшим из лучших.

А ребенку трудно, он не справляется с программой, к тому же родители заплатили такие большие деньги.

У многих подростков депрессивное расстройство проявляется в отрицании своей внешности.

Недовольство внешностью вообще характерно для этого возраста, но в этом случае недовольство своей фигурой, чертами лица, размерами полового члена или груди занимает все мысли и чувства подростка.

Юноша или девушка отказывается выходить из дома, настаивает на пластических операциях, отказывается от учебы и общения с другими людьми.

Еще одна важная и сложная сторона жизни подростка — сексуальность и отношения с противоположным полом. Очень большая часть депрессивных подростков не справляется с переживаниями, которые связаны с новыми мощными сексуальными импульсами, с одной стороны, и социальными нормами, традициями, мифами и предубеждениями — с другой.

Возникают сомнения по поводу своей сексуальности, привлекательности, достаточной мужественности или женственности (половой идентификации). Иногда могут говорить, что мир как будто не настоящий, все как на сцене или экране телевизора.

Часто у них возникает ощущение, что к ним вдруг стали плохо относиться одноклассники или однокурсники: только и ждут, когда они опозорятся…

Все эти жалобы и состояния требуют внимания, доброжелательности, поддержки родителей и являются причиной обратится к специалисту в области психического здоровья. А депрессивные подростки как раз боятся этого.

Страх психических заболеваний и, соответственно, врачей-психиатров очень понятен. Много лет в России психиатры обслуживали интересы не пациентов, а репрессивного государства, помещали здоровых людей в больницы, которые служили своего рода тюрьмами.

Кроме того, в нашем обществе считается, что психические заболевания не равны физическим. Болеть психическим расстройством почему-то стыдно, а обращаться за облегчением душевного страдания — слабость. Рационального объяснения этому нет.

Но если логически продолжать это рассуждение, то оно заканчивается обычно тем, что нельзя никому признаваться в своих страданиях, потому что люди, даже профессиональные помогальщики-врачи, в этом случае обязательно злоупотребят твоим доверием и в спину нож тебе воткнут и там два раза повернут.

Именно поэтому многие родители в нашей стране боятся обращаться к психоневрологу или психотерапевту, считая, что только навредят своему ребенку. Но надеясь, что все само собой обойдется, они лишают ребенка квалифицированной помощи и усугубляют проблему.

Иногда родители боятся таблеток больше, чем проявлений самой болезни считая, что таблетки меняют личность, делают человека слабым и безвольным. Эти же страхи мешают и взрослым людям обращаться к врачу по поводу своей депрессии.

Никому сейчас ведь не приходит в голову делать ампутации без анестезии. А душевная боль во время депрессии бывает не менее нестерпимой и разрушительной, чем физическая.

Заблуждение, что антидепрессанты и другие психотропные препараты обязательно вредят, приводит к тому, что прибегать к медикаментам приходится все равно, но в больших дозах и на более длительный период. Время восстановления увеличивается, и юноша отстает от своих сверстников, теряет контакты, вынужден брать академический отпуск.

Не всегда, конечно, надо бежать к врачу, если чувствуешь подавленность, усталость, тревогу. Если человеку удается отвлечься от плохого настроения, переключиться, то это означает, что человек владеет ситуацией, а не ситуация — им.

Если же человек не справляется с жизнью, то все страхи надо засунуть в карман и идти совещаться со специалистом. Здесь, как ни в какой другой области медицины, нельзя заниматься самолечением, ориентируясь на указания справочника или информацию из Интернета. Очень важно, чтобы специалист подобрал индивидуальные дозировки и сочетания лекарств.

Каждая вторая молодая женщина принимает какие-то противозачаточные средства. Их много, они взаимодействуют с другими препаратами сложнейшим образом.

Кроме того, есть такие лекарства, которые мы принимаем, не замечая даже, что принимаем лекарства — от головной боли, от простуды, слабительное, противогрибковые препараты.

В сочетании с психотропными препаратами возникают сложнейшие взаимодействия, зачастую остро патологические. Все это учесть может только специалист.

Надо помнить, что депрессия всегда заканчивается, несмотря на порой длительный, затяжной характер. Для многих взрослых ее последствия не так разрушительны, как для детей. И если с лечением взрослого человека можно повременить, то с лечением ребенка ждать нельзя.

А.Я. Варга,
О.Ю. Казьмина

Источник: https://www.7ya.ru/article/Esli-roditel-v-depressii-Chast2/

Дети депрессивных родителей

Что делать если мать в депрессии

Что происходит с детьми, чьи близкие находятся в депрессии, отрицая при этом ее наличие.

Многие считают, что психология — это когда винят маму и папу в несчастном детстве, бесконечно жалуются, жалеют себя и дружат за деньги.

В моем представлении психология — это когда изучают внутренние механизмы, мешающие человеку чувствовать полноту жизни.

Возвращая себе способность быть живым, он вместе с тем открывает в себе любовь, благодарность и умение трудиться. Давайте разбираться глубже. 

Что происходит с детьми депрессивных родителей 

  • Что воля, что неволя, все одно
  • «Жить надо не для радости, жить надо для совести»
  • Выход есть

Мы не знаем, почему одни и те же события кого-то побуждают к борьбе, а кого-то ломают.

Мы не знаем, почему одни люди рождаются чувствительными, а другие активными. Мы не знаем, почему у одних много ресурсов с рождения, а к другим судьба отнеслась явно несправедливо, лишив здоровья, сил, а то и адекватного окружения.

Психология может предложить один из вариантов разобраться, что теперь со всем этим наследством делать.

Сегодня я хочу рассказать о том, что происходит с детьми, чьи близкие находятся в депрессии, отрицая при этом ее наличие. К моему большому сожалению, человек, не вкусивший жизни, может быть уверен, что он умеет любить, благодарить и заниматься любимым делом. И детей учит собственному пониманию того, как правильно имитировать любовь, благодарность и творчество. И саму жизнь.

Подписывайтесь на наш аккаунт в INSTAGRAM!

Именно с такой ситуацией, как мне кажется, столкнулась автор статьи «Мои родители себя похоронили» Валерия Малкина. Она очень хорошо описала это дыхание смерти, которое исходит от людей, по какой-то трагической случайности запретивших себе быть живыми, научившихся ювелирно избегать умения чувствовать и быть целостным.

Вы услышите от них постоянно повторяемые житейские и религиозные мудрости о том, почему нельзя хотеть и получать удовольствие. Даже если составители поговорок и благочестивых историй имели в виду что-то другое, наши герои найдут способ объяснить, что на самом деле все ровно так, как говорят они: смерть вызывает намного больше воодушевления, чем жизнь.

Все разговоры будут каким-то образом упираться в смерть.

Будут фигурировать запасы на черный день, любовь к жутким передачам по телевизору, от которых вам станет тоскливо уже при звуке музыкальной заставки (а вашим родителям совершенно нормально), походы по врачам, а то и целителям, прием странных таблеток по расписанию и горстями (часто эти таблетки врач назначил соседке, но ей же помогает!) и бесконечные разговоры о том, как страшно жить и как скоро помирать.

Разворачивая психологическую составляющую такой истории, я неминуемо коснусь родителей этих людей, а также родителей их родителей, и даже, возможно, еще двух-трех поколений этой семьи.

Но не для того, чтобы обвинять: вина не собирается ничего решать, ей хочется только снизить накал проблемы. Моя задача — вернуть человеку ответственность за свою жизнь и назвать своими именами те вещи, которые сформировали его привычные способы избегать зрелого удовольствия.

Понять, прочувствовать, прожить, отпустить, похоронить. И освободить место благодарности, любви и созидательному труду.

Что воля, что неволя, все одно…

Помните фильм «Амели»? Интересная девочка, рассматривающая жизнь немного со стороны, но принимающая в нем самое активное участие, используя богатое воображение.

В детстве она выбирает мир фантазий и дружбу с выдуманным крокодилом, чтобы хоть как-то скрасить свое невыразимое одиночество.

Ее маму намного больше интересует несуществующий сын, чем реальная дочь, а папа считает, что у его чада порок сердца, таскает ее по врачам и добивается запрета на поход в школу.

Потом мать умирает, отец уходит в нескончаемый траур, а девочка все свои силы тратит на то, чтобы вернуть к жизни знакомых и незнакомых людей, предпочитая при этом непрямую коммуникацию. Ее главным желанием становится желание сделать других счастливыми.

В реальной жизни Амели не настолько преуспевают, даже если находят способ высылать своим близким со всего мира фотографии садового гнома. И тогда заиграться в спасение окружающих от их внутренних драконов можно на всю оставшуюся жизнь. Свою непрожитую жизнь.

Расскажу еще одну историю. Она закончилась достаточно хорошо. По крайней мере, точно обогатила мировой психоанализ описанием интересного феномена: синдрома мертвой матери.

Речь идет о переживании ребенка, чья мама не умерла, но фактически им не интересовалась. При этом отец был также отстраненным, занятым или отсутствовал вовсе.

Как правило, в истории не фигурирует и других значимых взрослых, будь то бабушка с дедушкой, няня или учитель, то есть ребенок не мог получить опыта «живой» привязанности.

В 1927 году в Каире в семье сефардских евреев (евреев, изгнанных из Испании и Португалии в 15 веке. — Прим. авт.) родился мальчик Андре. Когда мальчику было два года, сестра его матери трагически погибла.

Мама сильно переживала смерть дорогого ей человека, и когда заболела туберкулезом ее дочь, мама так боялась встретиться со смертью еще раз, что все свои силы потратила на лечение, оставив остальных членов семьи без хоть какого-то внимания.

Девочку вывозили в Париж, а сын оставался один с работающим отцом и сменяющимися нянями. Когда Андре исполнилось 14 лет, умер и его папа.

А он сам со временем уехал в Париж, поступил в медицинский, выучился на психиатра и занимался проблемой, которая была названа им «синдром мертвой матери».

Андре Грин очень хорошо знал, как это — жить рядом с родителем, который оживал только при наступлении смерти.

Согласно Грину, у такого ребенка в детстве был опыт тепла и принятия, но потом что-то произошло, и мать не смогла с этим чем-то справиться, погрузилась в депрессию и стала недоступной для ребенка эмоционально, продолжая присутствовать физически. Она заботится о ребенке, он сыт, одет, отведен на кружки, но мама взаимодействует с ним очень механистически. Ее глаза не излучают интерес, а игры с ребенком похожи на чтение вслух методических рекомендаций.

Представьте себе такую историю: ваш близкий друг или супруг всегда интересовался вашей жизнью, проявлял нежность и заботу, а потом вдруг резко перестал.

Да, он продолжал поздравлять вас с праздниками, но его поздравления больше напоминали озвучку из открытки, а не вдумчивые слова, как это было раньше. Он приносит деньги, но совершенно пустыми глазами смотрит на ваши успехи и радости.

И так продолжается день, два, месяц, год… Если вы попробуете с ним поговорить, от может уйти от ответа или разразиться скандалом, что вы его не понимаете.

Подписывайтесь на наш канал Яндекс Дзен!

У взрослого человека обычно есть несколько выходов из ситуации. У ребенка же он только один — приспосабливаться. И тогда ребенок начинает строить отношения не с матерью, а с ее травмой. Он, согласно своему характеру, начинает делать все для него возможное, чтобы вернуть себе прежнюю, живую маму.

Он готов помогать, быть хорошим, его аналитическим способностям и дисциплине удивляются все учителя и соседи. Он становится ребенком, который убил свое детство и «быстро повзрослел». Но эта взрослость ненастоящая, она такая же нелепая, как сексуальный наряд на конкурсе красоты для шестилетних.

«Жить надо не для радости, жить надо для совести»

Ребенку для роста и развития необходимо, чтобы значимый взрослый отражал его, показывал ему то, какой он. Мама младенца буквально проговаривает действия малыша (ой, а кто это у нас так улыбается, а кто это проголодался, а сейчас мы будем купаться), копирует его мимику, смотрит любящим взглядом, волнуется за него, пугается и успокаивается, фантазирует о его будущем.

Такая способность испытывать чувства к своему ребенку и вносить их в коммуникацию, предлагать ребенку знание о нем самом, побуждение малыша к любопытству чрезвычайно важны. Это развитие не столько с позиции раннего чтения и английского, сколько проживание с ним всего разнообразия его состояний, связанных с возбуждением и торможением.

В психоанализе такую способность матери адекватно реагировать на происходящее с ребенком и называть эти процессы словами (ты устал, ты испугался, тебе страшно, ты злишься, что у тебя не получается, ты так рад, ты постарался, и у тебя получилось, что тут произошло, давай подумаем, как это исправить) называют отзеркаливанием.

Так вот, мать, погрузившаяся в нескончаемый траур, отзеркаливает только пустоту. Представьте, что каждый раз, когда вы решите посмотреть в зеркало, вы будете видеть только комнату, цветы, даже свое платье и прическу, но не собственное лицо.

Вместо вашего лица там будет туманное расплывшееся пятно. Вот что-то такое переживает ребенок, чьи близкие похоронили себя заживо на годы и десятилетия.

От внутреннего ужаса он всеми силами будет стараться вернуть ту маму, которая опять будет отражать его, а не вещи.

При этом ребенок депрессивной матери не позволяет себе винить маму или испытывать к ней агрессию, потому что очевидно же, что мама страдает, маме плохо.

Агрессия воспринимается ребенком как наказание, а как можно маму наказывать, если она и так мучается? И ребенок учится оправдывать других людей за то, что они причиняют ему боль.

Оправдание мешает ему обнаружить свои ценности и желания — именно то, что делает человека живым.

Многие люди описывают этот период своей жизни при помощи такого образа: мама в холодной яме, там страшно и темно. Я не могу бросить маму и пойти развлекаться, я спускаюсь к маме и сижу там с ней.

Так воплощается инстинктивная потребность ребенка быть с родителем, чтобы выжить и вырасти. Многие называют это любовью, но пока это не она.

Такая невозможность «отлипнуть» называется сепарационная тревога, или, простыми словами, острый ужас ребенка, который знает, что если он окажется один в мире, он умрет.

Подобное поведение продолжается и во взрослой жизни, в семье, дружеских отношениях и на работе. Человек выучился оправдывать других и не замечать себя, отдавать себя целиком, чтобы заслужить любовь и одобрение, а потом сталкивается с внутренним опустошением и одиночеством.

Нередко такой выросший ребенок выбирает не строить отношений вообще, или замещать отношения действием («Чего ты ко мне пристала со своим “поговорить”? Я же работаю для семьи, зарабатываю деньги, устаю, отстань от меня»).

Или переживает, что его действия не приносят удовольствия, отношения наполнены тревогой или чем-то неясным, тяжелым, с привкусом непонятно откуда взявшейся вины.

В зависимости от ситуации и личных предпочтений дети «мертвой» матери во взрослом возрасте будут вести себя по-разному. Они могут фанатично следовать какому-либо религиозному течению, причем нередко самому жесткому и бескомпромиссному его изводу.

Ощущение недостаточной ценности и уверенность, что его невозможно любить, делают такого человека уязвимым для псевдорелигиозной жизни, основанной на самобичевании и аутоагрессии. Они могут стать зависимыми от алкоголя, наркотиков, еды или секса.

За всем этим разнообразием деструктивных форм поведения стоит попытка наказать себя за горе матери. Да, такие дети искренне уверены: они виноваты, что не вернули маму к жизни.

Со стороны эти люди кажутся вполне успешными и состоявшимися. У них могут быть хорошее образование, стабильная работа, длительные отношения и дети. Но всю эту оболочку внешнего благополучия пронизывает еле заметная разветвленная сеть, постоянно отравляющая человека ядом депрессии.

Выход есть

Выход из этого состояния там же, где и вход: в проживании потери. В психологии такой процесс адаптации к новой реальности, связанной с буквальной или эмоциональной потерей значимого человека, называется гореванием. Это нормальный процесс, наша психика специальным образом устроена так, чтобы мочь пережить даже самые тяжелые испытания.

Я хочу успокоить мам, которые сами страдают от депрессии и винят себя в том, что не могут быть идеальными родителями для своих детей: многое можно компенсировать. По крайней мере, вы можете научить ребенка принимать свои ограничения.

Попросите кого-то из своих друзей или близких периодически проводить время с ребенком, играть с ним, гулять. Найдите ему интересного наставника или отведите к детскому психологу. В крайнем случае у ребенка будет бурный переходный возраст, но выход из этой ситуации точно есть.

Признание проблемы — это очень важно.

Подписывайтесь на наш канал VIBER!

Когда умирает близкий, у человека появляется осязаемая причина для горевания, она более понятна и самому человеку, и окружающим. Реальная смерть матери — огромная трагедия для ребенка. В случае же с матерью в депрессии потеря, с одной стороны, не такая необратимая, но, с другой стороны, и не настолько очевидная. И это действительно серьезная проблема.

Первый этап горевания — это отрицание. Таким способом психика справляется с шоком и дает возможность собраться с силами. Дети мам в депрессии не видят причин для своего состояния и могут навсегда застрять в отрицании. Если в вашей жизни нет радости или она какая-то очень странная, прислушайтесь к себе.

И ко мне, и к моим коллегам нередко приходят с такого рода запросами: «У меня было прекрасное счастливое детство, у меня замечательная жизнь, только почему-то я периодически хочу умереть и постоянно переедаю (иногда напиваюсь до потери сознания, периодически наношу себе вред, бесконечно ругаю себя и срываюсь на детях — нужное подчеркнуть)».

Так что первым шагом к выходу будет признать, что в жизни и правда есть какая-то проблема. Перестать называть ненормальное нормальным. Если возникают мысли вроде таких: «да ладно, уж как-нибудь доползу до смерти, все так живут», — задумайтесь, не строите ли вы вашу жизнь вокруг чужого горя.опубликовано econet.ru.

Лидия Сиделева

Задайте вопрос по теме статьи здесь

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание – мы вместе изменяем мир! © econet

Источник: https://econet.ru/articles/deti-depressivnyh-roditeley

Моя мама вгоняет меня в депрессию

Что делать если мать в депрессии

Вопрос психологу:

Здравствуйте! Я всю жизнь была очень замкнутой, плаксивой, неуверенной в себе. Я до сих пор не умею общаться с людьми, постоянно молчу просто потому, что не знаю даже, что и сказать. Я знаю, что это связано с моим детством, с моей мамой. Недавно я впервые жила вне дома – 2 недели в больнице. Там я почти ни с кем не разговаривала, но чувствовала себя гораздо лучше, чем дома.

Не было тоски, щемящей сердце, депрессивных мыслей. Потому что я не общалась там с мамой (1 раз в день по телефону только, и то после этого настроение ухудшалось). С самого детства моя мама была манипулятором. Она орала на меня, даже когда мне ставили 4 (“А почему не 5?”). Она постоянно меня перебивала (сейчас тоже).

Мне было до боли обидно, когда я ей рассказывала то, что было для меня важно, а она молчала. Однажды она даже сказала “Хватит забивать мне голову этой ерундой”. С тех пор я почти ничего ей не рассказываю и раздражаюсь, когда она меня спрашивает о моих делах. Мама не оскорбляет меня, не бьет, но она постоянно жалуется на жизнь. Винит правительство, работу и т.д.

Говорит, как все плохо. И в хорошем и в плохом она видит худшее. От нее ушло 3 мужа, и я их понимаю. Она всегда требует, орет, ноет! ЭТО НЕВЫНОСИМО! Когда мне было 17 лет, у меня появился парень. Однажды моя мама случайно увидела его смс-ки, когда я оставила свой телефон на кухне (обычно она не лазает по телефону, но здесь почему-то ей этого захотелось).

Она наорала меня, что я вместо подготовки к ЕГЭ занимаюсь фигней, и что он меня обманет и бросит, а я потом буду страдать. В тот день я убежала из дома (правда, до вечера) и написала парню, что мы расстаемся. Это был единственный человек в моей жизни, который любил меня. Он заботился обо мне как никто другой. С ним я чувствовала себя важной.

Я уверенна, что он бы меня не бросил. Я люблю его до сих пор, но ничего не исправить. Сейчас у меня нет друзей. Я училась в вузе, но ни с кем особо не общалась. Я чувствую себя очень тупой, считаю, что мои мысли скучные и поэтому молчу. Иногда хочется что-то сказать, но это так бредово звучит, я думаю, что все решат, что я идиотка.

Хотя в школе и в вузе я была одной из лучших в классе/группе. Из вуза меня отчислили, потому что я не ходила туда. Из-за депрессии. Я почти постоянно плакала, на сердце был огромный груз. Моя мама, кончено же, этого не видела, я скрывала это от нее.

Сейчас я не имею собственного мнения, я всегда соглашаюсь с кем-то, говорю, что мне тоже нравится что-то, хоть и не нравится на самом деле. Общения я избегаю даже в переписке. Отвечаю редко. Постоянно вру, даже по мелочам.

Приукрашаю свою жизнь, всем говорю, что у меня богатая семья, что я умею водить, что у меня есть кот и подобная мелкая бессмысленная ложь, которую можно было бы избежать. Своей маме я тоже вру. Она не знает о моем отчислении. Я вру, что работаю и сама оплачиваю вуз. Потому что правду она не примет. Я итак чувствую себя разочарованием, бесполезной дочерью.. Было время, когда я реально обдумывала убить себя. Я даже нашла дом, с которого хотела спрыгнуть.

Возможно, покажется, что я спихиваю всю вину на свою мать и не хочу брать ответственность на себя. Но это не так. У меня еще есть брат и сестра.. И у всех нас троих есть проблемы в общении.

Все мы не имеем друзей и сидим дома. У моей мамы, кстати, тоже нет друзей. Она считает, что все ей должны приносить какую-то пользу, т.е.

друзья должны или помогать деньгами или занимать какие-то полезные должности.

Еще мне сложно общаться с теми, кто помог мне. Мне кажется, что теперь я обязана всегда хорошо обращаться с этим человеком и не должна обижать его даже своим противоположным мнением.

Мне даже не с кем поговорить, потому что

1. считаю, что всем все равно;

2. я не хочу ныть;

3. я не могу быть откровенна.

Дома я ношу маску безразличия или цинизма. Когда слышу о какой-то трагедии, говорю с сарказмом, говорю, что это фигня. Не знаю, зачем я так делаю. Я вовсе не злая, наоборот. Просто я не могу показать свои истинные чувства. Мне проще высмеять, чем даже проигнорировать. Корю себя за это.

Я не смогу переехать от мамы еще не знаю сколько. Подскажите, что мне делать. Я хочу стать нормальной, хочу радоваться жизни, стать искренней, перестать врать, свободно выражать свое мнение.

Автор вопроса: Дарья Возраст: 21

На вопрос отвечает психолог Голодова Альмира Миралиевна

Здравствуйте, Дарья!

Вы, действительно, находитесь в сложном положении. Хорошо, что Вы начали проговаривать то, что с Вами происходит в настоящее время, пытаетесь анализировать свои действия.

В действительности у Вашей мамы огромное количество проблем и Вам приходится с этим сталкиваться ежедневно. Вы устали от “требований, ора, нытья мамы”. К сожалению, от действий мамы страдают многие.

Чтобы не сойти с ума и хоть как-то защитить себя от негативного воздействия мамы, Вы создали себе некие установки: “считаете, что всем все равно, не хотите ныть, не можете быть откровенной” (апатия, недоверие людям, страхи). Вы пытаетесь таким образом приспособиться к жизни. К сожалению, Вы не живете, Вы “плывете”, смотря в какое течение попадете.

Вам все-таки придется пристать к берегу и НАЧАТЬ ЖИТЬ!

На каких основаниях Вы решили, что Ваши мысли скучные, что Вы должны молчать, что Вы ничего не можете исправить? Дарья, Вы сильно зависите от мнения окружающих, составляете не всегда верное мнение о других людях, судите с точки зрения “домашнего отношения”: “все решат, что я идиотка”. Потому что дома и хорошее и плохое=плохо. Эта не Ваша позиция, а позиция мамы. Вы это прекрасно понимаете, поэтому и обратились за помощью. Но Вы продолжаете быть “удобной”. Для кого?

Вы, как и всякий НОРМАЛЬНЫЙ человек, нуждаетесь в желании любить и быть любимой, понимании, принятии, общении. “Это был единственный человек, который ЛЮБИЛ, ЗАБОТИЛСЯ. С ним я чувствовала себя ВАЖНОЙ”, “Я ЛЮБЛЮ его до сих пор”.

Вам хочется приносить пользу, помочь, но дома этого не приемлют. Дома принимают ложь, строгое послушание, чтобы было так, как хочется маме. Поэтому и в реальной жизни Вы стараетесь “приукрасить”.

Вам предстоит решать не одну проблему, их гораздо больше: проблемы в общении, самооценке, умении противостоять негативному воздействию со стороны, радоваться жизни в социуме, перестать врать в первую очередь себе.

Скажу сразу, что Вам предстоит большая работа над собой, в рамках одной консультации это невозможно сделать.

Ваша мама не просто манипулятор, в некоторой степени еще и агрессор-потребитель. Но она может этого не осознавать, а дети выполняют требования родителей. Желает всех держать “под каблуком”.

Возможно, в ее понятии это проявление заботы о вас, хоть и неконструктивное. Но она может этого не осознавать, а дети выполняют требования родителей. Кто не выдерживает, тот уходит.

У Вас такой возможности нет, поэтому, Дарья, начинайте проявлять любовь к себе:

1. Найдите возможность вернуться в ВУЗ. Вам не придется врать, что Вы учитесь. Вы будете заняты учебой, есть предлог не слушать мамин ор “мама мне пора заниматься”. Меньше будете находиться дома.

2. Думайте о людях хорошо, не бойтесь высказать своей точки зрения. Люди скажут, что они думают об этом: согласны или нет, стоит подумать и т.д. В любом случае, Вы будете ЗНАТЬ, что участвуете в диалоге, решении задач, проблем, проектах и т.д. Как только начнете говорить, увидите и услышите множество положительного и полезного.

3. Говорите себе ежедневно комплименты. Как только начнут орать, “включайте” лампочку Ваших светлых качеств. Критика бывает конструктивной и неконсруктивной. Это надо различать.

4. Смените имидж.

5. Не поддавайтесь маминому “все плохо”. Находите приемлемое решение своих проблем. Не бойтесь обращаться за помощью!

6. В каждом действии постарайтесь увидеть привлекательное, будь то процесс или результат. Тогда Вы меньше будете поддаваться негативному влиянию.

Оцените ответ психолога:

Автор ответа психолог:

Голодова Альмира Миралиевна

Город: Белово

Источник: https://psycabi.net/vopros-psikhologu/vzroslye-deti-i-roditeli/15486-moya-mama-vgonyaet-menya-v-depressiyu

Это не капризы: что нужно знать о послеродовой депрессии

Что делать если мать в депрессии

Послеродовые психозы, которые могут привести к подобной трагедии, случаются у 1% женщин, страдающих депрессией. При этом послеродовой депрессии подвержена каждая пятая мама. В масштабах России это 250 — 300 тысяч человек ежегодно.

О чем думают сами женщины, решаясь на подобное? Почему не радоваться новорожденному ребенку — нормально с точки зрения психологии? В каких случаях здоровый образ жизни провоцирует депрессию? Чем полезны и чем смертельно опасны для молодых мам социальные сети? И главное — как помочь тем, кто уже погружается в депрессию? Разбираемся в вопросе.

Идя на такой страшный поступок, как суицид, находящаяся в депрессии мама думает, что спасает себя и детей от «тяжести» этой жизни, объясняет врач-психиатр, психотерапевт Мария Скрябина.

Мария Скрябина: «Она верит, что делает всем только лучше».

Тревоги и депрессия — это наша расплата за высокий интеллект, продолжает психиатр. Мы много рефлексируем, много рассуждаем, копаемся в себе.

Медвежью услугу мамам оказывают социальные сети: в них люди обычно пытаются предстать красивыми, успешными. Они ведут здоровый образ жизни, а их дети — отлично развитые розовощекие пупсы, как будто сошедшие с рекламного плаката.

Но реальность молодых мам, как правило, далека от красивых картинок чужой жизни: дети плохо едят, изводят окружающих непрекращающимся плачем, отказываются спать или слезать с маминых рук… В конце концов, у них болят животы.

Все это вызывает у женщины ощущение собственной неуспешности, никчемности. Итог — депрессия.

«Хотелось выть, лезть на стены, — вспоминает молодая мама Вера Беседина. Потому что просто лечь и не вставать я не могла себе позволить. Хотелось уйти совсем, бросить мужа, ребенка, взять билет на поезд и поехать в другой город, в другую страну».

Те, у кого депрессия перерастает в психоз, в качестве подобного «бросить всё» могут выбрать суицид.

Еще одна причина погрузиться в смертельно опасную тоску — новый статус женщины.

Она становится зависимой — от мужа, от государства… Стремясь быть хорошей мамой (ведь именно этого от нее ждут окружающие), женщина сидит с детьми дома, максимально долго не выходит на работу.

И начинает чувствовать себя одинокой. А ее многообразные социальные роли, которые были до беременности, сводятся всего к одной — к роли матери.

Общество требует, чтобы рождение ребенка сделало женщину счастливой, но не говорит, что уставать от плача и капризов — нормально. Чувство вины, страха и одиночества, гормональная перестройка из-за родов, физическая усталость — привет, депрессия!

Юлия Карачёва, психотерапевт: «Это душераздирающая черная тоска, гневливая раздражительность, ощущение неприязни к окружающим, беспокойство, тревога: я не справляюсь ни с ребенком, ни с жизнью».

После рождения ребенка (точнее, из-за его рождения) у женщины могут ухудшиться отношения с партнером: в отношениях двоих появился третий, пусть и ребенок, и пара начинает отдаляться друг от друга.

«Еще ни одной паре ребенок не улучшил психологическую обстановку, — утверждает Мария Скрябина. — Третий всегда лишний, даже если дело касается детей.

Внимание партнеров распределяется на кого-то третьего — ребенка».

Раньше считалось, что послеродовая депрессия может проявиться в первые полтора месяца после появления ребенка. Но теперь психиатры заявляют: болезнь может проявиться гораздо позже и затянуться на несколько лет.

Послеродовая депрессия — относительно новое явление. Это объясняется тем, о чем мы написали выше — многообразием социальных ролей женщины в последние десятилетия. Рожая ребенка сотню лет назад, женщина оставалась в том же социальном статусе и окружении, что и была.

Кто-то оставался «у печи», просто под ногами крутился еще один ребенок; кто-то, как и до родов, продолжал вести светскую жизнь, поручая ребенка заботам кормилиц и нянь.

Сейчас круг обязанностей женщины и круг ее общения после рождения малыша резко меняется, а «мама» становится ее главной (часто единственной) социальной функцией.

Окружение женщины, как правило, этого не понимает. Когда на своей странице в Instargam мы разместили первый из серии роликов, посвященных послеродовой депрессии, половина комментаторов обвинила молодых мам в избалованности и лени.

«Нет времени для депрессии, можно себя реализовать и быть полезной для общества».

«Печку затопить, воду подогреть, обед приготовить — много всяких дел было, времени не было на всякую ерунду. Поэтому что такое послеродовая депрессия, я не знаю. Занимайтесь домом, любимым ребенком и мужем, и всё как рукой снимет».

«Столько забот появляется, что некогда впадать в депрессию».

«О какой депрессии думать, когда дел куча?»

«Я пятерых родила, и никакой депрессии! Фигню придумали, депрессия, ха-ха».

Для этих критиков приведем цитату психиатра Марии Скрябиной: «Это не блажь и не фантазия, это нейробиологические изменения в головном мозге».

Как понять, что у человека депрессия? Главный признак: он не может получать удовольствие от тех дел, которые раньше доставляли ему удовольствие. Например, от встреч с прежней компанией.

Другие признаки — плохое настроение и самоуничижающие, пессимистические мысли о том, что «все будет плохо» и впереди не ждет ничего хорошего.

Женщине в депрессии трудно заснуть. «Устала, а заснуть не могу», — рассказывает молодая мама. Причина бессонницы — гормон стресса кортизол, который не дает женщине расслабиться.

У человека в депрессии взгляд как будто обращен внутрь себя, он выглядит отрешенным. Многие становятся молчаливыми, мало говорят о своих проблемах, о которых раньше охотно рассуждали. Это тоже тревожный признак.

Как мы уже писали, послеродовой депрессией страдает каждая пятая мама. При этом у некоторых шансы выше, чем у остальных.

Мария Скрябина: «Если где-то что-то было поломано в плане генов, то роды этот процесс активируют». Итогом может стать послеродовой психоз.

Другие «спусковые крючки» для затяжной послеродовой депрессии — плохие отношения супругов, тяжелая беременность, трудные роды.

Депрессия — это болезнь, вылечить ее добрыми советами и объятиями нельзя. Но можно помочь тому, кто уже испытывает тоску, не погрузиться в депрессию. Один из способов — «отзеркаливать» эмоции молодой мамы, когда она рассказывает о проблемах с малышом.

При этом хвалить ее и давать ей понять, что эти проблемы — нормальны, и через них успешно прошли другие люди (например, вы). «Да, с детьми и правда бывает тяжело. Мой тоже много кричал. Вы хорошо справляетесь».

«Отзеркаливание» создает хорошую связь и понимание между людьми.

Супругам очень важно разговаривать друг с другом, обсуждать происходящее в семье. Интересоваться: «Чем я могу тебе помочь? Что я могу для тебя сделать?». Даже жаловаться: «Мне не хватает внимания, мне грустно. Что мы можем сделать?». Говорить о своих эмоциях — намного более важный навык для счастливого будущего семьи, чем изучение техник дыхания или массажа поясницы во время родов.

Если же женщина все равно испытывает негативные эмоции, можно найти в соцсетях сообщества, где люди обсуждают те же самые проблемы и совместно (в том числе с помощью психологов и психиатров) ищут выход. Обычное проговаривание своих суицидальных мыслей анонимным собеседникам в Интернете снижает вероятность того, что женщина перейдет от намерений к конкретным действиям.

А самое главное: не стесняйтесь при подозрениях на депрессию обратиться за помощью к специалисту — психологу или психиатру. Депрессия — это не плохое настроение или неправильное воспитание, это болезнь. А обратиться к врачу — не стыдно.

Источник: https://www.ntv.ru/card/3961/

ВашДоктор
Добавить комментарий